die Konfrontation

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » die Konfrontation » Жилой район » Дом Исаака Фернанда фон Кампфера


Дом Исаака Фернанда фон Кампфера

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Роскошный, красивый и безумно дорогой дом.
Итак, для начала вы должны миновать автоматические ворота со встроенным видеофоном. Проходите через красивый сад прямо к самым дверям дома. Прямо из холла вы попадаете в гостиную. Для интимного разговора милости просим в vip-комнату, а для деловых бесед – вверх по лестнице, в кабинет.
На первом этаже распложена кухня, где кухарка - добродушная немолодая фрау Краусс вечно готовит что-то вкусное, и столовая
Рядом с гостиной есть небольшой кинозал. Ещё одна ванная комната
Недалеко от второй лестницы есть совершенно особенная комната, где Исаак любит бывать в полнейшем одиночестве. Этакий собственный мирок, где хорошо предаваться философским рассуждениям.
На втором этаже находится спальня самого Исаака. Только из этой комнаты можно пройти в личную ванную герра. На этом же этаже комната отдыха, а так же спальни для гостей. Одна, вторая, третья.
Нижние этажи в этом доме тоже присутствуют. В одной части подземного помещения находится огромный бассейн, а во тренажёрный зал, бильярдная и гараж, где стоят несколько дорогих машин ручной сборки, разумеется.
Разумеется, вся территория тщательно охраняется. Высокая стена, видеокамеры, охрана с собаками, постоянно патрулирующая территорию. Без разрешения сюда не попасть.

Отредактировано Isaak Fernand von Kempfer (2008-06-07 13:33:53)

2

Колледж имени Св. Бруно, кабинет директора

Ворота мягко распахнули створки, машина мягко проехала по дорожке из гравия и остановилась перед небольшой лестницей, ведущей прямо к дверям дома. Исаак, не дожидаясь пока водитель распахнёт перед ним дверь, покинул салон сам.
- Я бы предложил вам руку, но, думаю, вы и сами прекрасно справитесь, - директор позволил себе небольшую колкость по отношению к Лихтенштейну. - Да и вы меня наверняка неправильно поймёте.
Глупость какая. И это я говорю человеку, которой полчаса назад в шутку назвал меня дамой. Ах, Эдуард, надеюсь, вы не очень-то рассердились. Впрочем, шуточка вышла вполне в вашем духе, так что не вам пристало жаловаться.
Внимательный и услужливый дворецкий распахнул двери перед хозяином и его гостем и склонился в вежливом поклоне. Исаак, схватив преподавателя под локоток, прошёл в холл.
- Не бог весть что, но жить здесь можно, - лёгкая усмешка, словно фон Кампфер и сам не верил в то, что говорил. А он и не верил, ибо дом был воистину красив. Никакой вульгарщины, однако, роскошь била по глазам буквально из каждого угла. Что ж, Исаак привык жить хорошо и не собирался отказываться от своих привычек даже сейчас, став директором колледжа. Как же, обеспечить себе максимально комфортные условия - обязанность каждого мало-мальски приличного и богатого человека.
- Карл, пусть ужин подадут в цоколь, - попутно Исаак бросил приказ дворецкому и вновь вернул своё драгоценное внимание Эдуарду. - Подождёте меня здесь? - кивок на ближайшую дверь, что вела в гостиную. - Я буквально на пару минут, герр фон Лихтенштейн.
Перехватив поудобнее кейс, Кампфер поднялся по лестнице к себе. Пара минут, пара минут... Хорошо, ну хотя бы пять. Этого вполне хватит. Оставив кейс в кабинете, Исаак прошествовал в спальню, попутно избавляясь галстука. Ох, нельзя заставлять ждать такого дорогого гостя, но что ж делать.
Открыв дверцы шкафа, Исаак в глубокой задумчивости уставился на висящие внутри костюмы. Право слово, какая глупость - не знать, что надеть. В данный момент герр фон Кампфер чувствовал себя как последний дурак. Ну, словно восторженная романтичная барышня перед первым свиданием, ей-богу! Правда, в конце концов, выбор пал на обыкновенные чёрные брюки и белоснежную приталенную рубашку. Просто и вполне красиво.
Коварно улыбнувшись своему отражению в зеркале, Исаак, недолго думая, распустил волосы и для порядка несколько раз провёл по ним расчёской. Желательно бы собрать роскошные смоляные пряди в косу, но времени нет. Пора спешить на романтическое свидание к своему кавалеру.
Посмотрим, так ли вы деспотичны и строги, герр фон Лихтенштейн. В конце концов, я не один из ваших пустоголовых студентов, хотя, возможно, также капризен и избалован. Выдержите моё общество, мм?
Спустившись вниз и получив заверения от дворецкого, что всё готово, Исаак вошёл в гостиную, вновь лучезарно улыбнувшись.
- Надеюсь, я не заставил вас долго скучать, - искренней виноватый тон и тревога в глазах: не пристало гостеприимному хозяину позволять своему гостю скучать. - Мне только что сообщили, что всё готово. Пойдёмте?
Раз уж преподаватель высказал пожелание отказаться от пафоса, то фон Кампфер принял решение из столовой, откуда, кстати, открывался замечательнейший вид на ночной сад, переместиться в бильярдную, где помимо игрового стола и удобных диванов находился бар.
Будет вам и дружеская обстановка, и сытный ужин, и что-нибудь покрепче. При этом - никакой серьёзности, гоним прочь работу и всё, что с ней связано. Вы ведь этого хотели, Эдуард? Узнать меня поближе?
А вообще идея не так плоха - пообщаться в неофициальной обстановке. Тем более до начала учебного года. Возможно, стоило всегда прибегать к этой методике и тем самым больше узнавать о преподавателях, привязывая их к себе? Хотя была одна маленькая загвоздка, один нюанс: не каждого человечка из колледжа герр директор пригласил бы к себе. К примеру, того же Моргана Кейна к своему дому Исаак не подпустил бы и на пушечный выстрел. Фрр, при одном воспоминании об этой ленивой бестолковке мурашки идут по телу, а губы сами кривятся в полной презрения усмешке.
Эдуард же - исключение из правила Исаак: не иметь ничего общего с преподавателями колледжа. И герр фон Лихтенштейн был вообще первым, кого Кампфер пригласил к себе. Тем более на ужин.
Может, стоит сказать ему или хотя бы намекнуть? Нет, пожалуй, не стоит. Спросит напрямую - Исаак скажет. А пока промолчит.

3

<=== Колледж имени Св. Бруно; Кабинет директора

Как оказалось, обитель фон Кампфера располагалась сравнительно близко от рабочего места, и этот недолгий путь за приятным разговором был преодолён достаточно скоро. Неплохо устроился, сукин же ты сын.. Эта самая дорога была знакома фон Лихтенштейну, как маленькая родинка на собственной заднице левой половинки, крошечная и особенно неприметная, но важен сам факт наличия. Этот же самый путь руководитель по воспитанию и дисциплине проходил на любимом автомобиле, не одну сотню километров наматывая колёсами на одометре средства передвижения. Поразительно, как приедается один и тот же путь, ведь даже с завязанными глазами Эдуард вполне серьёзно мог преодолеть дорогу домой, полноценно ссылаясь на природное чутьё и отменно развитую интуицию. Почти как животные, которые благодаря великолепному нюху отыскивают ниточку родного и знакомого запаха, чтобы вернуться к любящему хозяину. Правда, не всегда картина столь безмятежна и проста. Зачастую бессердечные презренные людишки сами избавляются от привязанным к ним питомцам, скажем, выкидывая в глухом лесу за добрые десятки километров от дома на растерзание диким безжалостным и крупным хищникам или, к примеру, суют в прочный тряпочный мешок, покрепче завязывают и выбрасывают в глубокую реку с целью непосредственного утопления. Эдуард прекрасно понимал и мирился с мыслью, что люди в припадках гнева или приступах мстительности вполне способны перегрызть друг другу глотки или снести топором голову сопернику или прямому конкуренты, но такое отношение с животными он считал несправедливым и непозволительным. В конце концов, ведь животные – мерило нашей человечности, именно благодаря им мы ощущаем себя людьми. На фоне этих добродушных домашних зверюшек мы выступаем самыми настоящими божествами, выше которых открытые космические просторы и безвоздушное пространство. Если не будет существовать животных, гуманное отношение людей по отношению друг к другу перерастёт в кровавую ужасающую и шокирующую бойню.
Даже у самого фон Лихтенштейна была парочка зверюшек, без которых он не представлял своей жизни: лысый кот породы «сфинкс» со странной кличкой Винсент и чёрно-белая самка паука-птицееда по имени Жозефина. Нянчиться со своим зоопарком фон Лихтенштейн безумно обожал.
- Оказывается, ваша изысканно-вежливая манерность не обделена критерием ухаживания.. Какое приятное открытие. И как не стыдно крыть мужчину его же козырями? Интересно, ласточка моя, сколько ещё неожиданных фактов мне сегодняшним вечером предстоит о тебе выведать.. Будем вытягивать одно за другим и делать мысленные пометочки. И откуда только столько подозрений в этой черепушке на мой счёт? - чисто из интереса полюбопытствовал руководитель, вышагивая из автомобиля сперва одной, а затем второй длинной ногой, утягивая из салона свой любимый пиджак.
Так вот она какая, просторная пещера герра фон Кампфера..И ведь уверен, что не одну сотню тысяч евро этот засранец растратил на эту вычурность.. Напоминает неудержимый женский пол, рвущийся тратить кругленькие суммы на гламурные модные тряпки. Игра из категории: Найди десять отличий между господином директором и законченной современной модницей..Надеюсь, кружевным бельишком и чулками с подвязками он не балуется? Какие интригующие сомнительные сведения..
Как и положено гостю, Эдуард последовал за хозяином дома и прошёл в прихожую с колоннами и роскошными узорами на полу и стенах, а также лестнице на второй. Именно в этот момент Эдуарду вспомнилась одна из художественных литографических работ Мориса Эшера, на которой изображены множественные лестницы под разными углами зрения при повороте изображения, и движение людей в разных направлениях кажется чертовски причудливым и забавным.
- Бросьте прибедняться, господин директор. – с приятной улыбкой на устах промолвил Эдуард, обращаясь к Исааку и попутно распахивая дверь в гостиную. – Вам и без моих комплиментов прекрасно известно, что ваше жилище выглядит чертовски стильно и очень впечатлительно. Достаточно прикоснуться к стене, чтобы получить заряд хорошего настроения и крошечную долю позитива изобретательности дизайнерской идеи ..Ах да, совсем забыл..Не спешите, герр фон Кампфер. Моя скромная персона отличается особенным, нечеловеческим терпением. Поэтому, вам предоставляется единственный случай, когда вы можете разбудить нежным поцелуем спящего руководителя.. – особой щедростью на комплименты фон Лихтенштейн никогда не отличался, но сейчас его распирало, как неосторожно побеспокоенную встряской бутылку шампанского.
По правде говоря, Эдуард представления не имел, на кой чёрт переодеваться, как расфуфыренная барышня, если директор и без того выглядит великолепно и деловито.
Итак, оставшись наедине со своими непристойными мыслями, Эдик не стал понапрасну растрачивать драгоценное время и извлёк из пиджака небольшой прозрачный пакет со странной сыпучей субстанцией, больше похожей на молотый сахар или белоснежную пудру для аристократов века эдак XVIII-го. Да, безгрешностью наш темпераментный герой не отличался, посему тут же просыпал на участок левой руки между большим и указательным пальцем немного порошка и мгновенно дочиста вдохнул, звонко шмыгнув носом. Та же процедура была проделана и соседней ноздрёй. Первоначальное чувство, которое обволакивает ноздри, напоминает лопающиеся в носу пузырьки сильно газированной воды или щелканье холодных бенгальских огней. Оно равносильно ледяному ожогу, как от искусственного снега. Практически мгновенно по слизистой носоглотки распространилось анестезирующее свойство этого наркотика и тело охватило невероятное повышение работоспособности в купе с лёгкой эйфорией. Порошок усиливает любое ощущение, вплоть до интимных контактов или обычных вкусовых рецепторов.
- Странно, вот уж никак не рассчитывал увидеть вас в рубашке..А где же шёлковый чёрный халатец и шлёпанцы с пушком и на постукивающем каблуке? Вы меня разочаровали.. – с наигранной горечью в голосе и лёгким огорчением, которое мгновенно сменила очаровательная улыбка, довольный и заведённый после наркотика Эдуард отправился следом за гостеприимным Исааком. – И часто к вам захаживают гости? Тьфу, Дьявол! Давайте, наконец, хотя бы в неофициальной обстановке прекратим общаться, как парочка незнакомых манерных аристократов во время званого ужина.. Зовите меня просто Эдуард..Пофамильничать в рабочей обстановке всегда успеется..

4

- Приезжайте ко мне поздно ночью, застаньте меня врасплох и увидите и чёрный шёлковый халатик, и шлёпанцы с пушком, - охотно откликнулся на шутку Исаак. - И, может быть, не только это.
Ещё стек, торчащий из-за пояса халата, и наручники, которые будут любовно и холодно переливаться лунными бликами в моих пальцах, - пришлось мысленно дать себе по голове, дабы не начать ядовито усмехаться, а после и вообще плеваться ядом, прожигая мебель и стены вокруг.
- Вот видите, я действительно быстро - даже не пришлось будить вас поцелуем, - хмыкнул Исаак, направляясь к лестнице, что вела на нижний этаж. - Хотя кто говорил о поцелуе? Скорее всего я бы просто ткнул вас кулаком в бок, - в этом был весь герр фон Кампфер: постоянная язвительность - одна из основных черт его многогранного характера. Добрый директор просто не мог не сказать какую-нибудь гадость.
По мере того, как Исаак и Эдуард удалялись от гостиной, свет становился всё глуше. А на лестнице он вообще практически не горел, если не считать двух тусклых светильников, разбрызгивающих вокруг слабенькие лучи.
- Эдуард, так Эдуард, - покладисто согласился Кампфер. - В таком случае для вас я сегодня - Исаак. Будем знакомы. Снова, - лёгкий смешок.
Положив руку на гладкие холодные перила, Исаак медленно начал спускаться, смотря себе под ноги. Отвлёкся он лишь на секунду, чтобы предупредить гостя:
- Будьте осторожны, лестница, как видите, очень крутая и скользкая. Если упадёте - мне придётся везти вас в больницу и заверять тамошних эскулапов, что мы не подрались, - довольно мрачно подытожил Исаак. Видимо вспомнил, как, только лишь купив этот дом, в первый же день, решив поплавать в бассейне и пропустить стаканчик виски в баре, загремел по этой самой лестнице, лишь только чудом не переломав себе кучу костей и не свернув шею. В итоге, правда, отделался кучей ушибов и изрядно попорченными нервами. А вообще, если бы лестнице удалась её благородная миссия по уничтожению зловредного персонала колледжа, забавно получилось бы – студенты не успев получить нового директора, тут же потеряли его. Хотя, думается, эти маленькие ублюдки не слишком горевали бы о бесславной кончине герра фон Кампфера.
- У меня ужасно травмоопасный дом. Полы здесь тоже скользкие, - рассмеялся директор, вступая на блестящий каменный пол. - Впрочем, здесь уютно, как видите.
И так же роскошно, как и в других комнатах дома. Мраморные колонны, стены, украшенные панелями из красного дуба, приятные глазу коричневые и золотые тона. Около одного из кожаных диваном стоял уже сервированный столик, заставленный блюдами. Правда, на нижнем этаже было не в пример прохладнее, чем на верхнем. Жаль, что здесь не камина, а не то действительно получилась бы замечательная беседа двух друзей у камелька.
- Моя дорогая фрау Краусс, по видимому, решилась предложить нам нечто вроде фуршета. Правда, выпивку нам придётся выбирать самим, - взор Кампфера остановился на краю столика, где гурьбой столпились хрустальные кувшины с соками.
о, пожалуй, стоит поднять кухарке зарплату. Она почти научилась угадывать мои желания. Чего доброго ещё будет знать вперёд меня, что мне угодно получить на завтрак, обед и ужин.
Да, пожалуй, с помощью этого "фуршета" можно рассчитывать на более-менее длительный разговор. А не, наскоро побросав желудок какую-то пищу, расшаркаться и разбежаться. О, нет, Исаак рассчитывал на долгую беседу, благо, герр фон Лихтенштейн против этого не возражал. А пока что можно мило улыбаться, изображая из доброго и радушного хозяина.
- Вы, кажется, спрашивали, часто ли ко мне захаживают гости? - деловито поинтересовался Исаак, подходя к бару и с глубокой задумчивостью принявшись изучать многочисленные ряды бутылок. - Нечасто, к сожалению. А может и к счастью. Вы первый из нашего колледжа, кого я пригласил в эту обитель. Располагайтесь, - взмах рукой, неопределённо указавший на один из диванов.
И, возможно, последний, - ехидная ухмылочка таки скользнула по тонким губам Кампфера.
- Ну-с, что вы предпочитаете, Эдуард? Быть может, Божоле или Премье Крю - как раз к холодным закускам? - тонкокостная рука мягко коснулась ближайшей бутылки.
О, я точно знаю, что подам вам после ужина. Коньяк Камю "Жозефина". Мм, чудесный напиток, как раз после ужина.
- Право слово, я в растерянности, - Исаак наугад вытащил одну из бутылок: как оказалось, вино Шато Маньоль. Тоже замечательная вещь, как впрочем и всё, что было в баре у герра директора. - Даже не знаю, что вам предложить, - можно было бы подумать, что молодой человек насмехается, однако слишком серьёзно и проникновенно звучал его голос. Даже чересчур серьёзно.
О, боги, мы же не напиваться собрались! Эдуард, мы ведь сразу не схватимся за элитный Хеннесси и не будем глушить его стаканами? Мне нет большой радости завтра идти на работу и дышать на Еву перегаром. И потом - круги под глазами и дрожащие руки мне не пойдут. Ох, стоп-стоп-стоп, что-то я слегка переборщил и надумал себе глупость. Три ха-ха, Исаак, прекрати нести чушь и возьми себя в руки. Ай-ай-ай, такой большой мальчик, неужели самуму не стыдно за ту ересь, которой наполнены твои мысли?
Фрр, но, пожалуй, пора уже с этим заканчивать – выбирать, наконец, вино или шампанское и приступить к ужину.
- Уже, кстати полночь пробило, - усмехнулся Кампфер, разворачиваясь к преподавателю. - Вас дома никто не ждёт?
Бывшая жена, любовница, любовник, куча полуголодных тётушек?

Отредактировано Isaak Fernand von Kempfer (2008-06-09 13:51:13)

5

Как много интересных и удивительных для открытия вещей можно разузнать о человеке, всего-навсего оказавшись гостем в его роскошном домишке. Ночная темень за окном благосклонно влияла на расслабленность после тяжёлого рабочего дня и являлась любимым временем суток фон Лихтенштейна. Да, мужик вкалывал, как прокажённая ездовая кобелина-осеменитель лошадь, которую впрягли в соху и пропахали не одну дюжину соток земли.
- Это очередная шуточка из вашего язвительного репертуарчика или прямое указание к действию? Иногда я слишком буквально воспринимаю информацию. Действительно ведь наведаюсь, чисто ради удовлетворения подогретого любопытства.. – плутовато ответил на двусмысленные подколы фон Кампфера и лениво сощурил глаза, словно сканируя на правдоподобность всё сказанное директором. – Кружевные трусики и чулки с подвязками? Вы бессовестно жалите меня в больные места. Это возмутительно! – со строгими нотками в голосе воскликнул Эдуард, впрочем следом за этим последовала нахальная ухмылка. А ведь фон Лихтенштейн оказался чертовски искренним и поведал директору чистую правду относительно слабости к женскому нижнему белью. Не фетиш, конечно, но возбуждало с невероятной силой.
Не успел фон Лихтенштейн как следует насладиться живописными ночными пейзажами за окном в гостиной, как его уединение прервал появившийся хозяин особнячка. Эдуард, по правде говоря, успел немного заскучать в одиночестве.
- Благо, что я не задремал. Иначе ваш необдуманный тычок в бок оказался бы поощрён отнюдь не безобидным ласковым поцелуйчиком моего кулака с вашей холёной мордочкой.. – с лёгкой злорадностью в голосе и пикантной остротой хитроумной ухмылки, вымолвил Эдуард и последовал прямиком за мужчиной. Всё-таки герр фон Кампфер ориентировался в собственном доме значительно лучше гостя, который оказался в здешних краях впервые. Ох, сколько интима кругом, матерь Божья..Не дом, а сказочная мечта законченного садиста-насилька..
Предположение Эдуарда относительно места расположения комнаты в общей схеме планировки дома не оправдалось. Вопреки его провальным догадкам они двигались не вверх, как хотелось длинным ногам мужчины, а совершенно противоположно. Романтический ужин в сыром подвале при свечах.. Многослойная ветвистая паутина, с десяток слоёв пылищи, целые пирамиды старого барахла и единственная лампочка без абажура, да и та перегоревшая.. Какие странные размышления. Погоди, фон Кампфер, устрою тебе интимную романтику с ядовитым плющом в трусах..
- Герр фон Кампфер..Тьфу, чёрт! Ваше изысканное имечко напоминает неискоренимые слова-паразиты. Ах, Исаак, Исаак.. Жаль, конечно, тебя серьёзно разочаровывать, но нанести мне побои с твоей стороны, увы, не удастся.. Разве что в нежнейших мечтах и сказочных фантазиях.. – ядовито отозвался на слова фон Кампфера и усмехнулся, на всякий случай придерживаясь рукой за перила, чтобы ненароком, по роковой фатальной случайности или злой насмешке судьбы не свернуть себе шею. Да, человек смертен, и против этого, к сожалению, не попрёшь.
Как интересно.. Оказывается, лишь меня его высочество решил пригласить в гости.. Что бы это значило, господин фон Кампфер? Сегодня воскресенье и, как мне кажется, простой попойкой и болтовнёй наше свидание не закончится.. Как многообещающе звучит..
Место дружеского уединения пришлось Эдуарду по вкусу. Зеркальная поверхность каменного пола, опять-таки мраморные высокие колонны, кожаная обивка кресел и приятные строгие дизайнерские тона. Вполне так комильфо. Эдуард был доволен, что вовремя проявил собственные капризы, да и эта комната, пусть несколько прохладная из-за расположения под уровнем земли, оказалась достойным величественным подарком.
- Что угодно, но только не вино, умоляю.. – выражение лица Эдуарда тошнотворно перекосилось, почему его отношение к вину можно было распознать по причудливой игре эмоций отвращения на лице. Он мог спокойно наклюкаться Джонни Уокером или, к примеру, элитным коньяком Реми Мартином, но вино на дух не переносил, вне зависимости от его исключительности или качества.
- Ох, Исаак..Ты бы ещё розовый Дом Периньон предложил, ей-богу.. С удовольствием выпью шампанское или какой-нибудь ликёр.. Пожалуй, именно эту парочку слабоалкогольных напитков я предпочитаю более всего.. Особенно шампанское, посколько его принято пить в праздничный высоких бокалах на длинной ножке.. Безумно обожаю подобную посуду..  – бессовестно пристроившись на одном из диванов, по соседству со столиком, он развернулся вполоборота и ласково  улыбнулся фон Кампферу, с призывом присоединиться похлопывая ладошкой по кожаной обивке дивана рядом с собой.
- Жена выгнала из дома и приказала, чтобы, цитирую: Твоей наглой бесстыжей задницы даже на пороге дома не появлялось. А если говорить серьёзно, то с прекрасным полом меня объединяют исключительно сексуальные отношения, без всяких женитьб и затянувшихся романов.. Наверно для семейной жизни я пока ещё не созрел.. Единтсвенные, кто способен дожидаться меня дома, это парочка обитателей моего скромного домашнего зоопарка.. – шутливо протянул фон Лихтенштейн и рассмеялся, попутно стягивая с переносицы любимые очки в тонкой аккуратной оправе и начиная задумчиво покусывать ушко. Судя по поведению, Эдуард создавал впечатление законченного гетеросексуала и его таковым считали. Это людское заблуждение играло на руку, поэтому мужчина и не смел протестовать против такого расклада.
- Кстати, мне всегда было интересно узнать о тебе что-нибудь сакраментально-тайное, никому доселе неизвестное.. Знаешь, как пристрастие к педерастии или, скажем, вуайеризму, подглядывание за ласкающими друг друга девочками.. Тьфу, вот ведь старый извращенец! Я имел ввиду, может пирсингованная головка члена или сатанинская секта..там, пристрастие к садо-мазохизму и прочие прелести жизни.. Поэтому охотно выслушаю увлекательный рассказ.. – да, в беззастенчивости и конфузности рядом с Эдуардом никто и близко не стоял. Не смотря на эту вызывающе-вульгарную беседу, на работе он создавал впечатление делового и чертовски строгого человека, который ни о чём, кроме деловых бумаг, дисциплины и воспитания делать не умеет. И не мудрено, если некоторые подозревали его в асексуальности.

6

Было бы забавно, если бы Эдуард действительно навести герра директора ночью, не будучи приглашённым, как сейчас. И Исаак нисколько не сомневался, что если Лихтенштейн захочет, то наплюёт на всевозможные правила приличия и примчится сюда вновь часика этак в два ночи. Другой вопрос в том - пустит ли его Исаак на порог или, нагло смеясь, постарается выпроводить, вися в окне и в перерывах между приступами безудержного хохота крича что-то строго-официальное. Пытаясь, так сказать, дозваться до совести преподавателя. Впрочем, Кампфер сильно сомневался, что она имелась.
Как и следовало ожидать - Лихтенштейн, в своей обычно манере, ответил на колкость. Поддержал тон. Исаак не видел смысла продолжать. Отшутились - и хватит.
Ох, Эдуард, Эдуард, и как я вас выношу? Невероятный вы человек. Чувствую себя котом, которого неудержимо тянет к кошачьей мяте. Мрр. А может, стоит называть вас просто Эдик? Звучит донельзя мило. Обычно так сокращает грозное и красивое "Эдуард" давняя любовница. Увы и ах, я на эту роль никак не иду, потому вы останетесь для меня Эдуардом. Одним из моих самых лучших преподавателей. Моим, да...
- Замечательно, - мягко рассмеялся Исаак, ставя бутылку на место. - Тогда остановимся на ликёре.
Новая бутылка очутилась в руках герра фон Кампфера. Великолепнейший ликёр "Айриш Крим". И пусть хоть какой-нибудь самодовольный ублюдок заикнётся, что ликёр пьют только женщины. Исаак с удовольствием вобьёт бутылку ликёра в его тупой рот, выбив заодно зубы.
Да-да, обсудим посуду! - мысленно Кампфера даже воодушевился. - Высокие бокалы для шампанского, пузатенькие для коньяка, идеально прямые и широкие для виски. И все такие красивые и блестящие! Ах, просто мечта официанта. Стоял бы и протирал эту прелесть часами. Просто мечта. А ещё приятней устраивать скандал и швырять эту хрупкую посуду о стены и пол, да так, чтобы это хрустально-стеклянное великолепие рассыпалось вдребезги. Вот это - настоящая красота. Впрочем, я опять что-то размечтался и понёс чушь.
- Почему-то у меня такое ощущение, что ты никогда не женишься, - Исаак, чуть прищурившись, посмотрел на Эдуарда: на сей раз, молодой человек был предельно серьёзен. - Просто не могу представить тебя в окружении располневшей жёнушку, кучи сопливых детишек. Да ещё при этом поглощающего домашние пирожки, - махнув рукой, директор таки рассмеялся. - Ох, как интересно. Этот домашний зоопарк. Не расскажешь? - взяв бутылку и две ликёрных рюмки, Кампфер неторопливо подошёл к Эдуарду и опустился на диван рядом с ним.
О, а я бы с удовольствием завёл себе пару злобных рычащих доберманов. Ну или на крайний случай кота или какую-нибудь птичку. Хотя, нет, у меня даже рыбки бы передохли.
Не сказать, что Исаак не любил животных, нет. Скорее не испытывал к ним сильной любви, они ему просто нравились и всё. Наверное, это шло из детства (для фон Кампфера совершенно несчастного и трудного, нужно добавить), когда авторитарный отец Исаака строго-настрого запрещал сыну держать дома каких-либо животных. Ну а в университете, даже получив некоторую видимость свободы, Кампфер-младший попросту не мог позволить себе купит хотя бы ужа. Но это не значило, что идеи и желания не было. Даже сейчас Исаак отдавал себе отсчёт в том, что несчастная собачка/кошечка/лягушка и т.д. попросту не выживет без хозяйской любви и ласки в таком огромном доме. прислуга в счёт не шла - животному нужен один хозяин.
Такому человеку, как директор колледжа, постоянно сгоравшему на работе, нечего и думать о домашнем питомце. Так что время шло, а мечты оставались мечтами.
Глубоко задумавшись о судьбе своей несладкой, Исаак даже не сразу понял, что Эдуард ему что-то сказал. Подняв глаза на преподавателя, Кампфер чуть нахмурился, собираясь с мыслями, и вновь заулыбался.
- О, таки я уже должен тебе выложить о себе всё подноготную? - сдержанная усмешка, однако на сей раз Исаак не сарказничал и даже не насмешничал. - Если я скажу, что испытываю необъяснимую страсть к студентам своего колледжа, в частности, к первокурсникам и даже коллекционирую их головы на стене над камином, ты мне поверишь?
Нет, нет, с огромным удовольствием я бы примостил там головы только двух студентов - Степаниды и Француазы. А между ними за уши прибил бы ухмыляющуюся башку этого идиота Кейна, - помрачнел Исаак, кляня себя за неизбежное возвращение к работе и невозможность забыть о ней хотя бы сейчас.
- Впрочем, я тебя понимаю, - невозмутимо продолжил герр директор, откупоривая бутылку и разливая тягучий ликёр по рюмкам, тут же протягивая одну Эдуарду. - Ты ведь не читал моё личное дело...
А вот я твоё от корки до корки изучил и ничего особо интересного оттуда для себя не вытащил. Просто и коротко - родился, рос, учился. Фи.

7

Каждой шутке своё время, поэтому Эдуард мысленно поблагодарил фон Кампфера, что тот не решился продолжать эту язвительную дискуссию и заострять внимание на шутливых пререканиях также не стал. Догадливостью обделённым директор не являлся, посему мог чисто из логических умозаключений вывести ответ, что последнее слово на очередную шпильку в свой адрес фон Лихтенштейн предпочтёт оставить за собой, безусловно прокомментирует, перевернёт с ног на голову, встряхнёт хорошенько и преподнесёт с излюбленной беззастенчивой фамильярностью, взгромоздив на этот соблазнительный и аппетитный десерт из взбитых сливок багровую проспиртованную вишенку запачканного в горьком шоколаде похотливый и вызывающе-вульгарный юморок, с красочной циничностью.
- Замечательно, я уже в предвкушении.. - с обнажившимся перед прекрасными очами фон Кампфера, восхищением и неукротимым желанием отведать, наконец, стаканчик-другой сладостного, как страстные глубокие поцелуи после вишнёвой карамельки, спиртного напитка расслабленно вымолвил Эдуард, поглаживая ладонью верхнее ребро спинки дивана, на который он позволил себе лениво пристроить руку.
В обители фон Кампфера Эдуарда всё чаще посещали очень странные с точки зрения психологии мысли, непредсказуемые и невероятные. Мужчина уже принялся серьёзно размышлять, из какого только колодца его воображение способно вычерпать подобные картины. Представьте себе владельца дома в облачении беспристрастной Фемиды, богини правосудия, с чёрной повязкой на глазах и с шелковистыми, стелящимися по плечам роскошными волосами. Эдуарду вновь захотелось к ним прикоснуться, притянуть к лицу искрящийся здоровым блеском локон и поцеловать, вдыхая изысканный лёгкий аромат Исаковской причёски, едва ли не припудренной на манер аристократических париков 18 столетия. Однако, перспектива получить по рукам его особенно не прельщала. А может фон Лихтенштейну следовало поскорее выпить, чтобы не задумываться о возмездии со стороны Исаака на счёт такого бесцеремонного покушения?
- Представляешь, могу вообразить что угодно, но только не прирученное животное внутри себя.. Уж слишком я непокорный и строптивый, чтобы с лёгкостью сдаться женщине.. Впрочем, что за размышления в мои то золотые годы? – шутливо спросил у себя самого Эдуард, отправив в адрес Исаака одну из своих обворожительных улыбок. Наверно сам мужчина и не догадывался, какой потенциал фундамента профессионального искусителя заложен в его жёсткую темпераментную натуру. А ведь для мастерства обольщения у Эдуарда были все необходимые внешние данные, не смотря на дурной укоренившийся характер строго военного. Вот живёшь себе скромненько, гавкаешься со всеми, ворчишь и грызёшься, как псина подзаборная, а кто-нибудь со стороны считает тебя чертовски сексуальным. Да, бывают такие неожиданные приятные сюрпризы. Насколько нужно был рехнувшимся маразматиком, слепым, глухим и разумеется сумасшедшим, чтобы признать меня сексапильным? Ой, твою мать, это самая смешная шутка со стороны. И чем только чёрт не шутит. Поздравляю, герр фон Лихтенштейн, это очередная, уже тысячная по счёту неуместная и несвоевременная мысль. Сидеть в гостях и размышлять о подобных глупостях по меньшей мере неприлично. Фу, становлюсь каким-то отвратительным мягкосердечным идиотом. Срань господня! И мне ли размышлять о романтических свиданиях? Охапку крапивы поглубже в трусы, букет полевых ромашек вместо дорогущих розочек и предложение перепихнуться не отходя от кассы вместо долгих и утомительных букетов из комплиментов..
В отличии от герра фон Кампфера, Эдуард животных очень сильно обожал, чего нельзя сказать о его отношении к людям, коих по большин6ству он попросту презирал и ненавидел. С самого детства мужчина пугал девчонок ужасающими жуками червяками маленьких девчонок, которых так любил дёргать за косички. В родительскую постель он не раз подбрасывал пауков и лягушек, за что неоднократно получал по ушам, а в старших классах питал живой интерес к диким особям семейства кошачьих и, конечно же, паукообразным и насекомым. Застать его бессовестно тискающим какого-нибудь несчастного мадагаскарского таракана или, к примеру, жука-носорога было проще простого. Да и в нынешнем возрасте он очень любил поиграть с котом или пустить очаровательную Жозефину побегать по своему распрекрасному мускулистому телу.
- И почему я ни одной головы не увидел? Или они хранятся в специально отведённом холодильнике, погружённые в герметичный сосуд с формалином? Лично у меня ты не создаёшь впечатление безжалостного убийцы с садистскими замашками. Хотя, я бы ничуть не удивился, если бы коллекционировал огромных пёстрых бабочек вроде махаонов.. – из-за слащавенькой улыбки могло показаться, что он шутил, однако Эдуард на полном серьёзе поведал свои представления на счёт Исаака. Он не представлял этого белоручку за такой неблагодарной и грязной работой, со скальпелем или, скажем, топором в руках. Под его изысканную утончённую внешность больше вписывались прекрасные порхающие бабочки, приколотые крошечными иголками к рамкам, или аквариум с рыбками и большими ленивыми улитками. Странно, что Исаак не завёл себе какую-нибудь кошечку, на которую сам чертовски походил.
- Мне только послышалось или желаемого ответа на мой вполне серьёзный вопрос так и не последовало? Исаак, ты будто вчера родился. Интересующие меня вещи в личном деле не прописываются. Lesfaits patient. Факты говорят сам за себя. Поэтому будь так добр, утоли, наконец, разбушевавшееся любопытство своего любимого дерзкого руководителя дисциплиной.. – принимая предложенную рюмку с ликёром и продолжая многозначительно улыбаться, неугомонно промолвил мужчина, пытаясь докопаться до истины. Обсуждение каких-нибудь личных секретов, особенных загадочных штучек, быть может увлекательное и необычное хобби, модификация тела или пристрастие к чему-нибудь запретному и непозволительному в разглагольствовании прилюдно, - именно это фон Лихтенштейн более всего обожал обсуждать. Безусловно, разговоры о прекрасном поле, размере женской груди и упругости задницы, и о количестве любовников будут, но для начала следовало выпить.

8

- О, я буду счастлив увидеть ту красавицу, которая сможет приручить тебя, - рассмеялся Исаак. – А ещё интересней будет посмотреть на процесс приручения. И всё же надеюсь если ты, вдруг, вздумаешь жениться, то одним из первых приглашение на свадьбу получу я.
О, боги, что я несу? Эдуард, ненаглядный мой преподаватель, это шутка, просто шутка!
Исаак положил одну руку на подлокотник дивана, мягко, словно по телу любовницы, провёл по гладкой коже. Как ни странно, эта случайная шутка заставила его самого крепко задуматься. Разумеется, глубокоуважаемый старый хрыч и сукин сын Кампфер-старший раньше время от времени орал на сына, мол, найди себе жену. Сейчас старик взял себе в привычку раза два в месяц звонить любящему сыну и промывать ему мозги по тому же поводу. В такие дни настроение у Исаака стремительно, словно парашютист без парашюта, летело вниз, шмякалось на землю и разлеталось на тысячу кусков. И какого чёрта нужна жена, если ты красив, богат и удачлив? Зачем заводить себе живую бензопилу, которая будет хорошая и сексапильна лишь в первые годы женитьбы, а после станет выполнять только свою прямую функцию, то есть пилить, пилить и ещё раз пилить дорогого муженька?
Нет, разумеется, у Исаака была любимая женщина. Красивая, молчаливая, верная. «Беретта» обычно находилась в кейсе директора или в тумбочке около постели.
- Если бы у всех безжалостных убийц на лбу было написано, что они убийцы, то у наших доблестных охранников правопорядка не было бы работы, - весьма резонно предположил Исаак, пожимая плечами. – Да, нам стоит подняться ко мне в спаленку, и ты увидишь, что на каминной полке рядами стоят головы полюбившихся мне студентов, - вообще-то герр директор и не думал о том, насколько двусмысленно звучит первая часть фразы. И кто знает, насколько богатое и извращенное воображение нужно иметь, чтобы истолковать её несколько… хм… превратно.
- О, мне слишком жалко несчастных насекомых. Прямо перестаю сдерживаться и начинаю судорожно рыдать, нервно комкая в руках белоснежный платочек, - герр фон Кампфер картинно возвёл глаза к потолку. – Ах, давай прекратим даже говорить об этих страшных коллекциях. Иначе я не выдержу и разрыдаюсь у тебя на плече.
И всё же Лихтенштейн изо всех сил пытался докопаться до какого-нибудь интересного фактика, связанного со строгим и собранным Исааком фон Кампфером. Интересно, будет ли преподаватель слишком разочарован, когда узнает, что жизнь и увлечения герра директора особым разнообразием не отличаются? А, впрочем, чего гадать, вот прямо сейчас это и проверим.
- Наверное, правда тебя огорчит, - лениво бросил Исаак, отрывая руку от поверхности дивана. – Но практически никаких увлечений я не имею. Живу как все – работаю, дома вечером наслаждаюсь тихим сидением в кресле у камина, с бокалом элитного коньяка в руках. Изредка, для себя, любимого, играю на скрипке или выезжаю в оперу. Как видишь, всё весьма банально и скучно, - Кампфер пожал плечами: жизнь его и вправду не была примечательная. – Впрочем, я не жалуюсь. Одинокому холостяку не так много нужно для счастья, - тихий смех.
Исаак едва заметно улыбнулся, однако эта улыбка не нашла отражение в его тёмных глазах, и пригубил ликёр. Истинное наслаждение – этот божественный напиток. Тонкими струйками по телу разливается тепло.
- Пора уже посмотреть, что приготовила фрау Краусс, - Исаак нехотя оторвался от ликёра и выпрямился.
В принципе, как раз всё то, что так любил Исаак. Холодные закуски, лёгкие салаты, мясо в разумных количествах, разумеется. Скромненько, и со вкусом.
- Со следующей рюмки предлагаю тост, - в той же шутливой манере протянул Кампфер. – За мою чудесную кухарку, которая трудится, не покладая рук, дабы угодить моему капризному характеру.
Да, уж кто-кто, а добродушная кухарка знала практически всё о своём ненаглядном хозяине. И, быть может, если Эдуарду так хотелось узнать что-нибудь о привычках директора, ему стоило устроиться работать в этот дом? Садовником, охранником, горничной... Брр, опять бросило в крайность.
- Знаешь, из-за этих малолетних недоносков я остался без обеда, - неожиданно сердито проговорил Исаак, хмурясь. Две маленьких бестии продолжали портить ему жизнь даже теперь, в любимом доме и хорошей компании. – Кстати, твои пристрастия для меня не менее интересны.
Мой любимый цвет, мой любимый размер, - сразу же пришла на ум всем известная цитата из мультфильма. Только сейчас она выглядела как-то… пошло, что ли. Наверное, именно поэтому фон Кампфер и не высказал её вслух.
Но всё же давай, расскажи мне, мой дорогой Эдуард, к чему у тебя душа лежит. Буду знать, что подарить вам на Рождество.

9

- Прекрати, наконец, подкалывать меня самым бессовестным образом, Исаак. Что касается прекрасного пола, то я с удовольствием становлюсь жертвой, которую пристёгивают запястьями к койке и начинают шлёпать ремнём, как провинившегося сопливого мальчишку. В такие моменты я пытаюсь казаться особенно послушным, чтобы случайно не пришлёпнуть любовницу оторванной с наручниками деревянной спинкой постели.. - несколько предложений прозвучали слишком сухо в эмоциональном плане, однако демонические искорки в глазах фон Лихтенштейна вынуждали серьёзно призадуматься и усомниться в первом впечатлении. - Ох, Кампфер.. Какая же ты наглая морда. Думал, присмотрю себе женщину, пересплю разок-другой и сразу под венец? А потом стану одомашненным подкаблучником и безвольным слюнтяем? Чёрта с два! Пока до тошнотиков не нахлебаюсь вашей кровушки, вы от меня не избавитесь. Другое дело, если брошу работу и продолжу повышать звание. Я невероятно похож, конечно, на своего папашку, но не до такой степени, чтобы позволить женщине мною командовать или, упаси боже, руководить. Поэтому оформляй в бухгалтерии страховку от несчастных случаев на работе, чтобы дождаться моей женитьбы..Как бы самому копыта не вытянуть по роковой случайности. Фу, Эдуард! Что за пессимистические нотки в голосе? Стареешь, дружок, ой стареешь.. - даже шуточки у Эдуарда были весьма специфическими, враз вынуждая и улыбнуться, и серьёзно призадуматься. Но этот мужчина, как и большинство друг, мог размышлять о самых разнообразных вещах. Предметы его умственном занятости могли быть как философскими (назначение искусства во всей Вселенной или квантовая физика), так и прозаическими (каким мудаком надо быть, чтобы потратить уйму времени и сил на выцарапывание надписи "Я трахнул Николь" на свежезацементированной дорожке? Видимо какой-то умник полагал, что глубокий смысл этой фразы действительно чертовски важен, чтобы остаться в бетоне на века).
Пока Эдуард вкалывал, как лошадь, родители искреннее надеясь, что их любимый сыночка в ближайшие годы благополучно женится и подарит старикам парочку, а может даже тройку, розовощёких пухленьких внучков. Благо, что Эдуард не догадывался, с какой такой целью матушка постоянно знакомит его с манерными барышнями, деловыми бизнес-леди и обыкновенными болтушками-сплетницами.
- Если бы не существовало преступности, многие современные люди попросту остались бы без работы. Впрочем, подобные рассуждения свойственны исключительно тем, кому не раз приходилось сталкиваться с мошенниками или ворьём, а также выступать в качестве их потенциальной жертвы. А если мы поднимемся к тебе в спаленку, то я первым делом..Развалюсь на роскошной постельке, заберусь под одеяло и начну громко храпеть. И фигушки тебе удастся выкинуть за порог спящего руководителя, хе-хе..Первым делом загляну в шкаф, разыскивая чёртову дюжину скелетов. - первоначально в головушке Эдуарда созрела самая похотливая и грязная мысль на счёт спальни, только озвучивать подобный цинизм со своей стороны он не стал. Да и стоило ли зарождать в воображении Исаака явное сомнение относительно собственное ориентации? Правильно, не стоило. Как говорится, меньше знаешь - крепче спишь. А крепче всего спят люди с чистой совестью или такие мерзкие ублюдки, вроде фон Лихтенштейна, которые о таких вещах задумываются не чаще, чем глушат стаканами русский самогон.
Мужчина замер в предвкушении, не сразу сообразив оглушить залпом предложенную ранее рюмочку с ликёром. Всё-таки Эдуард был замечательным стратегом и неплохим психологом, который разбирается в людях не хуже, чем в собственной коллекции галстуков, мгновенно рассортировывая, какой из великого множества более всего подойдёт к тому или иному костюму. Поэтому примерно на такого рода ответ от Исаака он и расчитывал. Богатенький мальчик, который прожигает в одиночестве собственную жизнь, тратит деньги на модную одежду, элитную выпивку и самые дорогие журналы с приятными глянцевыми обложками. Таких людей не интересует, что то же самое печатное издание в соседнем киоске значительно дешевле, поскольку подобные темы их интересуют менее всего в жизни.
- Эх, Исаак, Исаак.. В твои то годы бесцельно прожигать отведённые деньки.. Считаю своим долгом вытащить тебя как-нибудь в ночной клуб и продемонстрировать, как именно следует расслабляться. Развлечения подобного типа затягивают, как воронка торнадо любой объект на своём пути. - после всего произнесённого только что, сам мужчина, кажется, очень воодушевился такого рода затеей. Не смотря на военное звание, Эдуард умел развлекаться по-настоящему, хоть и внешне оно, увы, никак не проявлялось. Зато наедине с Исааком можно было обсудить любые занимательные подробности. К примеру, во сколько лет он впервые переспал с девчонкой или как часто занимается этим в настоящее время.
Прихватив со стола холодную закуску и погрузив в ротовую полость, он дружески похлопал Исаака по бедру, что было произведено весьма спонтанно. Такие вещи совершаешь необдуманно.
- С удовольствием поддерживаю эту замечательную идею. Кстати, после ужина поблагодарю её за восхитительные угощения. Вот, именно такая жена мне и необходима. Чтобы после тяжёлого рабочего дня на столе красовались многочисленные цветные тарелочки с кушаниями, а жена заботливо кормила с ложечки и целовала в носик, мол, какой ты у меня сильный, какой ты у меня неповторимый. И да, белоснежный фартучек обязателен. - после всего сказанного фон Лихтенштейн не удержался и вдоволь рассмеялся. Сдержанно, разумеется, но всё же демонстрируя эмоции прямым образом.
Вытянувшись к столу, Эдуард накидал на тарелку немного предоставленных лакомств, в первую очередь расправившись с салатом, а затем, придерживая тарелку ладонью левой руки, вернулся в прежнее положение.
- Не думаю, что мои пристрастия придутся тебе по вкусу. Впрочем, мне ли судить раньше времени? В последнии несколько недель серьёзно подумываю над второй татуировкой или проколом на тебе. Представляешь, и это говорю я, строгий дисциплинированный мужик. Как ты уже понял, иногда посещаю ночные клубы и даже снимаюсь для модных иностранных брендов одежды в качестве модели. Удивлён? А вообще, какие именно подробности тебя интересуют? Я не стеснительная барышня, могу поговорить на любую тему или дать дельный совет.Аж самому любопытно стало, чем именно ты предпочтёшь поинтересоваться. - на время он попридержал коней, чтобы пока не зажигаться идеей какого-нибудь увлекательного разговора. С полуулыбкой на лице он покосился на привычный циферблат швейцарских часов на правой руке, прикидывая, во сколько ему следовало бы покинуть дом, чтобы гостеприимного директора его визит не очень-то напрягал. Всё-таки хороший гость уходит вовремя, не смотря на независимые от этого вещи. А сегодня как-никак выходной день.

10

- Вай-вай-вай, вот уж и не подозревал, какие преподаватели учат моих студентов, - весело рассмеялся Исаак, получая почти физическое удовольствие от безмятежного разговора.
Ох, вот если бы я был сексапильной брюнеткой с грудью третьего размера, то с удовольствием наказал бы тебя за твой чересчур длинный ядовитый язык. Мм, похоже, меня сегодня целый вечер тянет в довольно странные мысли.
Исаак разве что не стонал от наслаждения, засовывая в рот первую порцию любимого салата, рецепт которого знала только добрая фрау Краусс. Вообще-то грех чревоугодия был чужд герру фон Кампферу - он вообще абсолютно безразлично относился к еде, - но были вещи, которые он обожал буквально до умопомрачения.
- Всё, всё, искренне прошу прощения, - улыбнулся директор, лукаво посматривая на Лихтенштейна. - Теперь я вижу, что такой человек как ты, никогда в жизни не окажется под каблуком.
Ну да, Эдуард-подкаблучник - это из разряда удивительного-невероятного. Впрочем... может какой-нибудь ловкий и обаятельный представитель мужского пола сможет посадить герра Лихтенштейна под крепкий каблук своего сапога? Нет, хватит, фу! Плохой Исаак, очень плохой! - и словно в мыслях своих Исаак оставался маленьким избалованным ребёнком, привыкшим переиначивать всё по своему умению и хотению.
Насчёт скелетов в шкафу - как интересно, если бы они у Исаака были. Даже обидно вот так скучно и честно прожить более чем четверть века и даже не ограбить банке или, на крайний случай, не взорвать дом особо надоедливых соседей. Вот оно, воспитание, мать его.
- В моём шкафу ты найдёшь только элитные шмотки от дизайнеров и, возможно, труп очередной любовницы, - пожал плечами Кампфер, вновь разливая ликёр по рюмкам. - Больше ничего интересного там нет. Но, думаю, если я дам тебе спокойно поваляться на моей постели, ты не позвонишь в полицию и не сообщишь, что герр директор колледжа имени Св. Бруно прикончил очередную шлюшку, а труп её бережно хранит в шкафу, как любимую детскую игрушку?
И вновь Эдуард поразил Кампфера. На сей раз - своим обещанием. Исаак даже пару мгновений мерял преподавателя весьма недоверчивым взглядом, проверяя, не шутит ли он. Но не так-то легко было представить себя в полутёмном душном помещении, набитом молодёжью, где прямо над ухом орёт музыка, а в укромных уголках продают лёгкие наркотики.
- Ты верно шутишь, - усмехнулся Исаак. - Что-то я плохо представляю, как впишусь в атмосферу отвязной веселухи и порока. А драгоценные студенты, если увидят своего любимого директора в подобном месте, наверняка придут в дикий шок. Решат, что герр фон Кампфер на старости лет совсем разум потерял.
Разумеется, до старика Исааку было очень и очень далеко, но в глазах семнадцатилетних сопляков он явно смотрелся уже дядечкой, побитым молью, которому уже давно пора укладываться в гроб. Это их право, хотя, думается, когда они достигнут возраста Кампфера, то будут считать совсем ещё молодыми.
- Жена весом чуть меньше центнера? - хохотнул Исаак, игнорируйся прикосновение чужой руки к своему бедру. - Эдуард, право слово, ты меня поражаешь. Я думал, тебе нужна красивая заботливая женщина, а не нечто, больше похожее на старые домашние тапочки - такие удобные и милые сердцу, что рука не поднимается их выбросить и приобрести что-то новое. Или же ты предпочтёшь ещё завести любовницу, не обременённую особыми мозгами, зато убийственно сексуальную и очаровательную?
Кстати, о любовницах. С очаровательной Беллой фон Кампфер расстался всего пару недель назад, так что пора было искать новую лафф на ближайшие полгода. Всем была хороша Белла: точёная фигурка - высокая грудь, осиная талия, длинные ноги, сама барышня умная и образованная (с такой не стыдно появиться в обществе), в меру стервозна и одновременно ласкова. Вот только слишком уж жадная, да ещё имела дурную привычку задавать вопрос: "Когда мы поженимся?"
А ведь она почти нравилась Исааку. По крайней мере, летние месяцы во Франции он сохранит в сердце тёплыми воспоминаниями.
- Мооодеееель? - брови герра директора медленно поползли вверх. - Ну надо же. Какая неожиданность... весьма интересный факт. Хотя, с твоими внешними данными... - взор быстро пробежался по фигуре Лихтенштейна, - ...рекламировать модные тряпки легко.
Разумеется Исаак не сомневался в способности Эдуарда дать совет по любому вопросу. Впечатление хамоватого тупоголового мужлана преподаватель, конечно, не производил ни в коем случае.
- На стеснительную барышню ты тянешь так же, как я на грубого дикого солдата, - хмыкнул Кампфер, делая очередной глоток великолепного ликёра. - Скажи мне, зачем ты устроился на работу в колледж? У тебя ведь блестящее будущее, так чего горбатиться, обучая тупоголовых смазливых мальчишек? - да, пожалуй, этот вопрос мучил Исаак с того самого момента, как в его руках очутилась папочка с пометкой "Эдуард фон Лихтенштейн, главный по воспитательным работам".
Где-то наверху часы ясно пробили шесть утра. Исаак удивился: воистину, время летит незаметно. Сколько же они проболтали здесь, в бильярдной? Однако тут же пришло осознание другого, что директору не очень-то понравилось: утро, а значит скоро отправляться на работу. А выспаться так и не удалось.

Отредактировано Isaak Fernand von Kempfer (2008-06-15 00:41:37)

11

Согласись, забавно. В темноте все вещи выглядят чёрными, каждый объект теряет истинную окраску, как только на предметы опускается слепая темень и обволакивает их неосязаемыми объятиями глубокой черноты. Быть может в действительности их подлинная цветовая гамма не переступает за рамки чёрно-белого, а пресыщенность ослепительными красками - это всего лишь озорные проделки нашего зрительного восприятия окружающего мира, своего рода иллюзия или причудливая игра светочувствительных колбочек сетчатки глаза? Тёплые прикосновения пальцев, интимные ласки, глубокие жадные поцелуи..В темноте нельзя быть грешным или виновным, поскольку пред собственным взором ты чист, как младенец. Если в это самое мгновение щёлкнуть выключатель, чтобы окружение увязло в наслоениях сгущающейся черноты, можно с лёгкостью позволить себе самые непозволительные действия, можно смело признаться в том, что при свете дня кажется чем-то запредельно невероятным..Можно бесцеремонно разложить на бильярдном столе и..Эээ..Чего? В ликёр подмешали первоклассной травки, а я, кажется, сильно вписался лобешником в бетонную стенку. Да, следовало активнее бодаться, чтобы вышибить остатки мозгов и без того безмозглой черепушки. Разве что ложкой из черепной коробки по стенок выгребать эти самые остатки.
- О, да.. Ни под каблуком туфельки, ни под сапогом.. - счёл верным уточнить Эдуард, словно каким-то чудесным образом мысли фон Кампфера пробрались в его голову. Говоря по правде, особой нежностью руководитель не отличался. А может и вовсе не имел представления о подобном чувстве? Для него существовало такое понятие, как бережное обращение, которое в большей мере подходило к предмету быта или, скажем, любимому распрекрасному цветочку в горшке на подоконнике. А у Эдуарда был такой, причём не один. Представляете себе сильного мужчину, который обделяет человеческим отношением своих окружающих, сливает на бестолковых людишек свою агрессию, сварливость и хреновое настроение, как нефтехимические отходы, зато с ласковой заботливостью выхаживает любимые цветочки. Эдуард объяснял это тем, что зелёные дружочки на подоконнике никогда в жизни не воткнут тебе в спину нож, всегда охотно выслушают, порадуют своим красочным цветением и невероятным аромат. Они никогда и ничего не попросят, будут до последнего безмолвно дожидаться твоего внимания, ведь для из незначительного существования достаточно немного ласки и любви со стороны владельца. А у Эдика росла каждая зараза. Если бы мужчина в один прекрасный день решился заняться садоводством, то в скором времени он бы уже собирал помидоры с подоконника или, скажем, срезал тыкву для Хэллоуина.
- Что за дурная манера сводить каждое моё предложение к постеле? Может, ты ко мне неровно дышишь, а я этого не подозреваю? Занимаешься рукоблудством на мой божественный светлый образ, потакаешь содомскому распутству за моей спиной? Ну не извращенец ли, а? И как вы смотрите на нетрадиционный секс со старшим по званию? - с серьёзном наигранностью, пугающим любопытством и лёгким сомнением в голосе, изогнув дугой левую бровь для большей убедительности, откровенно поинтересовался Эдуард. Впрочем, уже в следующее мгновение эта подозрительность рассеялась, как белоснежный туман во время испарения влаги, и Эдик приятно рассмеялся. - Не грузись, Кампфер, а то мордочка морщинками покроется раньше времени. Это очередная шутка из моего репертуара. И никого твои ненаглядные студенты не увидят. Отведу тебя в такой клуб, куда сопляков не допускают. Знаешь ли, совершеннолетие по европейским стандартам не раньше 21-одного года. И за нарушение такого простого запрета можно загреметь на судебное разбирательство. - широкая ухмылка на лице Эдуарда растянулась во всю физиономию, словно всё ранее сказанное приводило мужчину в неописуемый восторг, доставляя почти эйфорическое удовольствие. Несколько раз встряхнув головой, как дикая лошадь, чтобы непослушные густые волосы не застилали видимость, Эдуард шустренько уплёл всё содержимое тарелки, которую тут же отставил на своё законное место, и притянул к припухлым губам белоснежную салфетку.
- Сейчас выставлю себя занудным старым хрычом с геморроем в заднице, которому самое время спину стричь. Изменить любой женщине, всё равно, что изменить собственным вкусам. Если я когда-нибудь по-настоящему втрескаюсь в обворожительную малышку, то ни о какой измене и речи быть не может. Впрочем, сам факт влюблённости для меня выступает чем-то далёким и очень подозрительным. Всё, Кампфер, закрой варежку, пока я этому не поспособствовал! В алкоголе ты разбираешься значительно лучше, чем в женщинах. На кой чёрт мне жена, которую ухватить-то не за что? Вот Мэрилин Монро, например, совсем другое дело. В подобные моменты я готов заключить договор с тёмными силами, чтобы воскресить такую красотку. А вообще, что касается постели и прочел лабуды.. Подари женщине внушительный бриллиант и она с удовольствием раздвинет перед тобой ноги, чтобы ты оттрахал её, как дикий жеребец. Одаривай цветами и драгоценностями, и уже через неделю она согласится стать твоей женой, стать матерью твоих детей. Впрочем, иногда достаточно иметь большой член, чтобы крошки сами на тебя вешались. - в отличии от гостеприимного Исаака, который тщательно пропускал свою речь через цензурный фильтр, Эдуард не забивал голову подобными пустяками. В разговоре мужчина являлся в точности таким, как в постеле - неудержимым и ненасытным, грубым до обладания и прямолинейным. Мужчина или женщина? Да какая, к чёрту, разница. Всё в его крепких сильных руках превращалось в сигарету, подожжёную на конце с табаком, всё беспрекословно подчинялось его воле или прижималось силой. Сопли с сахаром и поцелуи пяточек - не его профиль. Хотя, про интимные связи с мужчинами он никогда не распространялся.
- Блестящее будущее - это мелькать физиономией на обложках глянцевых журналов или в фотосессиях? Да, может тело у меня действительно неплохое, но и мозги я не растерял. Парикмахеры, модели, дизайнеры..Я не настолько педик, чтобы заниматься этими бабскими профессиями. Если бы не жалобные уговоры друзей, я бы в шоу-бизнес и ногой не ступил по собственной воле. - несколько возмущённо обратился к Исааку и чуть нахмурился, активно размышляя и шевеля извилинами, - Это тонкий намёк, чтобы я убрался восвояси? Звучит неубедительно. Знаешь, Исаак, я сам частенько подумываю на счёт причины, которая привела меня в этот колледж с множеством спиногрызов и кровососов. Будем считать этот поступок временным тайм-аутом, затянувшимся отпуском от военной службы. Может совсем скоро избавлю вас от своего гнёта и отправлюсь повышать звание, к папашке в штаб. Практика работы с детворой будет только на пользу. Хотя, знаешь, представления не имею, как ты будешь без моей помощи справляться с этим выводком щенков желторотых. - озадаченно протянул Эдуард и покачал головой. Касательно пацанчиков у него было множество планов, в том числе принудительная утренняя пробежка на добротные 5-10 километров, каждодневная разминка, упражнения и даже спортивные игры. Так просто фон Лихтенштейн никому спуску не даст.
Ослабив галстук и расстегнув несколько верхних пуговиц на рубашке, Эдуард вновь покосился на часы, и от удивления едва ли рот не открыл. Если бы не Исааковские в бильярдной, мужчина в жизни бы не поверил, что время может так быстро пролететь.
- Не, ну ты только погляди. Вроде только час назад сели за беседу, а уже 6 утра. Вот ведь какая загогулина. Прости уж старину Эдуарда за неукротимую болтливость. Пожалуй, самое время отправляться в родную пещеру. Тем более, сегодня воскресенье и тебе следует выспаться. Думаю, там и без твоего руководства всё замечательно подготовят к празднику. - поспешил успокоить Кампфера Эдуард, чтобы тот не рвался на рабочее место, словно его захватила группа вооружённых террористов. А сам тем временем мягко поднялся с места и выудил из кармана любимый коммуникатор Нокиа Е90 и шустренько нашлёпал номер на верхней клавиатуре, расхаживая взад-вперёд и заказывая для себя такси до дома.

12

Похоже, Исаак твёрдо решил пропускать мимо ушей любую колкость, шутку или насмешку со стороны Эдуарда. Тем более что тот имел дурную привычку всё переиначивать и перекраивать на своё лад, дабы после выставить себя, любимого, в выгодном свете. Как ни странно, но герра фон Кампфера это нисколько не раздражало, а скорее даже наоборот - радовало. Живой человек, можно сказать чересчур живой. Этот Эдуард фон Лихтенштейн. А Исаак слишком много ему позволял. Всегда. Начиная с первого дня их знакомства.
Углубившись в воспоминания, герр директор, не контролируя более себя, мечтательно улыбнулся. Да, славные были деньки. Только с самого первого дня всё пошло наперекосяк - Исаак, тогда ещё озлобленный на весь мир за свою несчастную судьбу, не в состоянии был осмотреться и повнимательней приглядеться к тем людям, что окружали его. В итоге всё свелось к пафосной официальщине и беглым вежливым кивкам-приветствиям во время случайных встреч. А вот сейчас представился шанс немного наладить отношения с единственным, пожалуй, человеком, которого Кампфер ценил и уважал.
Ай-ай-ай, какие мысли, какие мысли! Вот только знать о них Эдуарду сооовсем необязательно. А не то потеряю репутацию высокомерного руководителя-деспота.
- Я буду чрезвычайно огорчён, если вы покинете колледж, - неожиданно честно признался Исаак, пристально глядя на Эдуарда. - Да, вряд ли я найду если не такого же как вы, то похожего человека с той же методикой преподавания. Впрочем, я сделаю всё, чтобы задержать вас здесь, - добавил с милой безмятежной улыбкой. - Хотя, знаете ли, я тоже здесь ненадолго, - хмыкнул скептически и покачал головой. - Стезя руководителя военного колледжа - несколько не моё призвание. И едва представится возможность, я постараюсь найти себе другую работу. Ну а пока буду тешить себя надеждой, что есть ещё люди, которые желают видеть меня в стенах колледжа.
О, да, за руководство над этими выродками платят достаточно хорошо, чтобы я мог позволить себе жить на широкую ногу и не унижаться перед папашкой, выпрашивая лишние тысячи. Надеюсь старикан долго не проживёт, хотя здоровье у него лошадиное, - со злобой думал фон Кампфер. - На нём ещё пахать и пахать можно. Чёрт. Значит, наследство мне в ближайшее время не светит.
Нужно сказать, что семью свою Исаак не очень-то чествовал. Отца он просто ненавидел и искренне желал тому сдохнуть в какой-нибудь грязной подворотне (за что, кстати, герр фон Кампфер-старший платил сыну той же монетой), ну а мать, эту безвольную серую женщину просто презирал, регулярно сравнивая её с половой тряпкой. Хотя, возможно, в глубине души Исааку было жалко эту хрупкую женщину, замученную собственным мужем. Но только именно за эту жалость Кампфер начинал ненавидеть Марлен вдвойне.
- Не вызывай такси, я скажу своему водителю, чтобы он отвёз вас домой, - мельком заметил Исаак, поднимаясь и с удовольствием делая пару шагов. - Не могу же я позволить, чтобы с моим дорогим преподавателем что-либо случилось в дороге, - лёгкий смешок: именно смешок, а не насмешка. Хотя было очень близко к этому. Впрочем, Исаак всегда знал, когда нужно остановиться... на самой грани - чтобы ещё чуть-чуть и можно было больно обжечься за своё откровенное нахальство.
Ровно на пару секунд герр директор закрыл глаза и тыльной стороной ладони потёр переносицу. Спать хотелось жутко. Но проспать свой последний выходной Исаак не желал.
- Герр фон Кампфер? - раздался тихий голос.
Исаак открыл глаза, чуть прищурился, кидая взгляд в сторону лестницы. На высоких ступеньках стояла горничная.
- Я прошу прощения... вы сказали не беспокоить вас... но тут такое дело... срочный звонок из Берлина, - запинаясь, объяснила девушка, подходя ближе к Исааку и протягивая ему телефон. - Попросили вас. Немедленно.
- Благодарю, дорогая. Вы можете идти, - кивнул Исаак, беря трубку и прикладывая её к уху. - Герр фон Кампфер слушает.
Из мембраны послышался быстрый говорок - высокий женский голос что-то торопливо вещал. По мере продолжения монолога невидимой собеседницы лицо герра директора становилось всё мрачнее и мрачнее. Под конец разговора от хорошего настроения Исаак не осталось и следа, более того - он даже спать перехотел.
- Забавная штука - жизнь, Эдуард, - нажав на кнопку "Отбой", Кампфер криво усмехнулся, переводя тёмные глаза на Лихтенштейна. - Срочный вызов. Сегодня мне предстоит лететь в Берлин. Первое сентября наши студенты проведут без моего сомнительного общества.
Новая проблема - новые заботы. Похоже, придётся срочно искать себе временного заместителя. Который будет обладать железной выдержкой и стальным характером, которые так нужны для удержания избалованной оравы "золотых" студентов. а времени нет совсем.
И тут же появилась... идея не идея, а скорее ещё только мысль. Исаак оценивающе посмотрел на Эдуарда и задумался. Ну что ж, человек был, теперь оставалось только уговорить его.
- Эдуард, ты можешь выручить меня? Сам видишь, как обстоятельства сложились... Я хочу быть уверен, что, когда вернусь из Берлина, не найду груду дымящихся развалин. Мне нужен человек, который на время сможет заменить меня, - задумчивый пронизывающий насквозь взгляд. - Сможешь стать этим человеком?
Да-да, я знаю, что это абсолютное свинство, но поделать ничего не могу.
- Я буду очень благодарен тебе, если ты возьмёшь на себя обязанности руководителя.

13

Твою мать, ну что за вздор? С первой минуты оказавшись в этом доме только и занимаюсь, что самокопанием. Самое время сматывать удочки, пока следующим местечком для парковки не стал кабинет психотерапевта. Я не вынесу этого промывания мозгов. Господь Всемогущий, будь милосерден, пообещай мне, что эти бесстыжие изверги, профессиональные мастера по насильственному, принудительному извращению над людскими рассудками не доберутся до нашего колледжа.. Иначе я клятвенно заверяю, что пришью тварь голыми руками и совершенно случайно вырву хребет, чтобы в дальнейшем скормить своим натренированным кровожадным пираньям. Кстаааааати.. какая замечательная идея, обзавестись громадным аквариумом с кусачими хищными рыбками. Буду своим голодным прожорливым крошкам скармливать непослушных курсантов, хе-хе..
На флегматичное, деловито-задумчивое выражение лица фон Лихтенштейна предательски выскользнула гаденькая ухмылочка, целиком и полностью обнажая перед зрителем в лице герра директора не самые безобидные мыслишки. Честно признаться, с этим плотоядным, нездоровым оскалом на физиономии Эдуард выглядел чертовски пугающе, словно подложил в здание правительства бомбу с дистанционным детонатором, которую вот-вот собирается активировать. Да, трепещите смертные, страшный человек устроит вам чудовищную экзекуцию.
Копаться в прошлом фон Лихтенштейн терпеть не мог, но сейчас в голове отчётливо отразились подробности их шапочного знакомства с Исааком. Много воды утекло с тех пор, как в первый же день пребывания в колледже они с директором основательно поцапались из-за какого-то сущего пустяка, столкнулись взрывными характерами и незавидными темпераментами, после чего целую неделю безмолвно общались презренными взглядами. Кажется, тучи сгущались над колледжем, когда в один из этих дней они по чистой случайности сталкивались нос к носу в коридоре или в столовой, терпеливо хмурились, гордо хмыкали и расходились по разные стороны. Поразительно, что сейчас у этих взрывоопасных мужчин налаживались дружеские отношения, не смотря на столь схожие характеры.
От ностальгии по былым временам Эдуарда отвлёк приятный голос Кампфера, вынудивший мгновенно вернуться в реальность и перестать пребывать в мечтательном настроении. Похвалу в свой адрес и череду комплиментов он, кажется, считывал по губам.
- Как трогательно. Ты действительно сделаешь ради меня всё, что я пожелаю? Только не говори, что в этом году гей-парад совпадёт с датой моего рождения.. Это очень подло, Кампфер! – Эдуард с наигранным недовольством преподнёс информацию в таком тоне, словно Исаак выступает единственным спонсором и учредителем данного мероприятия. Очередная невыносимая шуточка в стиле фон Лихтенштейна, который за сегодняшний день и без того пруд пруди. – Ах ты сволота невыносимая! Только и ждёшь подходящего случая слинять от меня подальше. Я как чувствовал, что всё ранее сказанное твоими устами - ничто иное, как безупречная ложь. Водишь меня за нос, чтобы бросить колледж и заняться карьерой порноактёра? Грязный извращенец!! И не стыдно, мерзкий засранец? Ты подумали о том, какой пример для подражания подаёшь детишкам, насколько травмируешь их неустойчивую психику своими нечестивыми планами? Нет, я этого не вынесу! Я.. я.. Я увольняюсь!! – с подрагивающими губами и безупречно сыгранной трепетностью, которая с мужественным сложением Эдуарда смотрелась слишком комично, он дерзко отвернул в сторону голову и тягостно всхлипнул. Ко нему определённо плакало театральное училище. В таком состоянии Эдуард продержался ещё несколько секунд, после чего громко расхохотался, сгибаясь пополам, не в состоянии и слова толком вымолвить. Увидели бы прямо сейчас дражайшие курсанты своего «наилюбимейшего» руководителя дисциплиной. От такого зрелища будешь две недели поносом страдать, и кишки выпадут.
Последняя строчка мыслей, которую фон Кампфер соизволил произнести вслух – видимо, очень увлёкся, - поставила Эдуарда в лёгкий ступор и напрочь отбила желание прокомментировать подобный ляп со стороны директора. А хотелось, чёрт побери, ой как хотелось. Как и предполагал мужчина, Исаак всего лишь избалованный богатенький мальчик, которого в первую очередь интересует наследство и эффективный способ завладеть им в кротчайшие сроки. Из этого следовало, что его взаимоотношения с семьёй оставляют желать лучшего. Впрочем, не стоит заморачиваться на эту тему и совать свой любопытный нос в чужие проблемы. Если Исаак сам соизволит об этом рассказать, тогда совсем другое дело.
- А вдруг твой водитель начнёт ко мне недвусмысленно приставать? Нет уж, увольте. В таком случае я предпочту добираться до дома на попутной тачке, нежели терпеть сексуальное домогательство твоего шофёра.. – в шутливой форме промолвил Эдуард и приятным, приглушённым смехом закончил очередной юмористический поток слов. Его ничуть не смущало продолжать испытывать терпение гостеприимного Исаака, а скорее наоборот, всё больше забавляло. Если хозяин квартиры сохраняет спокойствие и не порицает его шуточки, значит они его целиком и полностью устраивают. Да, Эдуард в любом доме придётся ко двору, как замечательный сторожевой доберман. По крайне мере характерное сходство с этой собакой однозначно чувствуется, поэтому остаётся отыскать правильный подход к мужчине.
И тут со стороны лестницы послышался тихий голосок миленькой горничной с телефоном, которая посмеа нарушить их уединение из-за внезапного телефонного звонка для Исаака.. Как-будто в самом разгаре веселья на мальчишнике откуда ни возьмись появилась женщина. Мальчишник? Оу, замечательная идея. Может следует во второй половине дня организовать что-нибудь подобное? Беспроигрышный вариант. В тесной компании и дружеской обстановке познакомиться с новыми преподавателями, повидать старых добрых знакомых.. Надо набросать примерный распорядок дня на первое число. Авось прокатит нетто подобное. Футбол, спиртное, красивые девочки.. Играть в одержимое гормонами животное Эдуард не намеревался, но красивые женские ножки не ускользнули от внимательного взгляда мужчины. Сразу чувствовался самец, который с закрытыми глазами чувствует присутствие особи женского пола. И почему мне хочется отправиться следом за этой барышней? Хм.. Вот так головоломка. Следует чаще заниматься сексом с женщинами. Из-за работы на это катастрофически не хватает времени. Н-да, чем меньше секса в жизни мужчины, тем чаще он о нём размышляет. Скоро буду зверем кидаться на женщин и насиловать прямо на лестничных клетках.
По-видимому, тема для беспокойства Исаака оказалась достаточно серьёзной. По крайней мере его стремительно деформирующееся выражение лица говорило именно об этом.
- Форс-мажорные обстоятельства? Вот уж приятный сюрприз, ничего не скажешь. Предлагаешь мне одному держать оборону крепости от ватаги бессовестных поганцев? – с острыми нотками крайнего недовольства прозвучали первые строки Эдуарда после телефонного разговора Исаака. Ничтоже сумняшеся он стремительно приблизился к Кампферу и дерзко отобрал у мужчины телефонную трубку. С непередаваемым желанием руководителю хотелось впихнуть кусок пластмассы в анальное отверстие директору, антенной вперёд, и по средствам молотка окончательно вбить средство связи в его тощую задницу. Но вместо этого несчастная трубка в полёте перекочевала на диван, а Эдуард всего-навсего грозно нахмурился. Последующий подозрительный взгляд Исаака ему ооочень не понравился. Подлец явно что-то задумал и собирался привести в действие.
- Груду дымящихся развалин? Хм.. если в мою дурную голову взбредёт заняться приготовлением шашлыка в стенах колледжа, тогда это не в счёт. Знаешь, давно мечтал развести кострище именно в твоём кабинете, раздеть твою секретаршу догола и под тяжким грузом беспощадной расправы вынудить через него прыгать. Подпахивает аборигенами. А потом мы будем часами трахаться на твоём письменном столе.. Ээээ..мой тебе совет, оформи Еве досрочный отпуск, иначе.. – прервавшись на этой похотливой мыслишке, Эдуард звонко расхохотался. Впрочем, достаточно быстро вернул лицу привычное непробиваемое выражение непроницаемости и сосредоточенности. – А если говорить по существу.. Ты понимаешь, что первого числа по твоей вине мне придётся толкать речь? Я что, похож на блестящего болтуна? Мне больше по душе заниматься дисциплиной и руководить порядком в колледже. Ладно, давай обо всём поподробнее.. – тяжело вздохнув, Эдуард причудливо вытянул губы на утиный манер и развернулся на месте, направляясь в сторону дивана, чтобы пристроить свою ненаглядную филейную часть в более комфортное для разговора положение. Недавнее недовольство довольно быстро рассеялось, и сейчас Эдуард переключился к бдительному, испытующему и немного расслабленному созерцанию директора, ожидая подробных указаний, которые терпеть не мог выслушивать.
- А если я начну упираться и капризничать? – фраза прозвучала с полным отсутствием эмоций в голосе, и только быстрый намёк на улыбку дал понять, что раздражение бесследно исчезло, сменяясь крайним любопытством. Рука машинально скользнула в карман, мгновенно выуживая из пиджака портсигар с ароматными сигариллами. – Если я тебя правильно понимаю, меня ожидает повышение заработной платы? Кстати, ты не против? – металлический зажигалкой, предварительно откинув крышку, прикурил кончик шоколадной сигариллы фон Лихтенштейн, и только после этого соизволил поинтересоваться на счёт разрешения закурить в комнате.

14

- Эдуард, оставь свои извращенские замашки! - раздражённо махнул рукой Исаак: сейчас он был не в том настроении, чтобы спокойно воспринимать чужие сальные шуточки, да ещё отвечать на них в том же духе. - Клаус совершенно нормален! Впрочем, если уж тебе так страшно за свою честь, - герр директор фыркнул, тем самым высказывая сомнение, что честь у Лихтенштейна вообще есть, - я могу дать тебе красавицу "Беретту". Только не вздумай бездумно палить по прохожим. А то приедешь не домой, а  прямиком в тюрьму.
Нервно выкручивая пальцы, Кампфер заходил по подземному помещению. Ох, как не вовремя пришёл этот вызов! Нужно срочно звонить в аэропорт и заказывать билеты на ближайший рейс до Берлина. Впрочем, всем этим займётся горничная. Сейчас же стоит дать Эдуарду краткие указания (ведь позвонить из Берлина можно в любой момент, только если, разумеется, руководство колледжей не будут таскать по всему городу и заставлять часами высиживать на скучнейших конференциях), а после отправиться собирать нужные бумаги. Да-да, опять таскаться с любимым кейсом.
...Выходки с телефон было явно недостаточно, чтобы вывести фон Кампфера из себя...
- Бедная Ева, - через силу улыбнулся Исаак, останавливаясь у бильярдного стола и с какой-то странной нежностью проводя узкой ухоженной по гладкому зелёному сукну. - А где гарантия, что ты не поедешь за ней? Вдруг ты воспылал к ней невероятной страстью и твёрдо решил отыскать предмет своего вожделения даже на краю света? - о, нет, похоже, герр директор ещё был в состоянии шутить. - А в этом случае это уже совсем другой вопрос. Тогда придётся запирать тебя за семью замками, да и то это вряд ли поможет.
Ну да, ну да, такой упёртый человек как ты, мой дорогой Эдик, наверняка головой стену прошибёт, лишь бы во что бы то ни стало достичь своей цели! О, да, несомненно, мне это очень даже импонирует. По крайней мере, я могу не волноваться, оставляя на тебя колледж с толпой этих бездарных ленивых мальчишек.
- Ну что ты, Эдуард, я сильно сомневаюсь, что ты станешь упираться аки девственница и капризничать подобно глупенькой барышне, - покачал головой директор. - Ведь я же... попросил, не так ли? Неужели откажешь мне? Да, разумеется, просьба серьёзная, но... ах, да что я говорю - всё равно ведь не откажешь, верно? - прищурился лукаво, едва ли не смеясь.
Недолго думая, Исаак запрыгнул на бильярдный стол и, чуть отведя руки назад, опёрся на них, искоса поглядывая на Эдуарда. Вот уж неразрешимая задача - провести ЦУ именно сейчас, с этим человеком. Эдуард был совершенно прав: красноречием обычно блистал Исаак, а вот в установлении дисциплины равных не было только лишь одному Лихтенштейну. Ну что ж, всё когда-то бывает в первый раз, в том числе и блестящая речь первого сентября. А в том, что она будет блестящей, герр фон Кампфер нисколько не сомневался. Такие люди, как Эдуард, если за что-то берутся, то делают это великолепно.
- О, да, зарплата вырастет в несколько раз, - усмехнулся Исаак. - Я об этом позабочусь. Будешь получать примерно столько же, сколько сейчас получаю я. А это, поверь мне, не крохи. Хотя... странно, когда это тебя интересовался деньги? - тут уж не выдержал и звонко рассмеялся. - Вот уж не думал, что ты отличаешься меркантильностью. Даже не знаю, разочарован я или обрадован.
Признаться, сейчас Кампфер с удовольствием бы присоединился к Лихтенштейну и тоже закурил бы. Только не шоколадную, а ванильную сигариллу. Но пока ещё не время - дела, дела! Труба зовёт, как говорится...
- Кури на здоровье, - милостиво кивнул и тут же подивился собственным словам: очень уж дурацкий получился каламбур. Курить на здоровье... Пожалуй, это даже могло позабавить. - Ладно, вернёмся к нашим баранам. Ничего особо сложного от тебя не потребуется. Будут проблемы - обращайся к Еве. Только это не значит, что её надо трахать в первый же день! - Исаак прикрикнул на всякий случай, строго глядя на преподавателя. - Бумажная работа - особо в неё не зарывайся. Я не думаю, что уеду надолго. Ну уж месяц меня там точно не продержат, - молодой человек криво усмехнулся: ну очень уж ему не хотелось ехать, а тем более в самом начале года.
Оставлять колледж в такое время - нет уж, увольте. Обычно Исаак в такое горячее время зарываться в работу, ибо студентам ни в коем случае нельзя давать повода для дуракаваляния. А тут руководство покидает стены учебного заведения! Это ж столько возможностей и простора для опасных забав!
- Что касается речи на первое сентября... - не удержавшись, Кампфер хохотнул. - Всё проще простого. Ты главное не запугивай сразу первокурсников и постарайся сдержать свой язык, когда очень захочется обматерить "старичков". Приветствие, рады вновь видеть вас в стенах нашего колледжа, запрещено то, разрешено это, бла-бла-бла, да, кстати, герра директора не будет некоторое время, вместо него я, ваш любимый воспитатель. Смекаешь?
Здесь вы - никто и зовут вас - никак. Начать свою речь с этой фразы, чтобы показать малолетним спиногрызам, что здесь никто не будем потакать их капризам. Указать, так сказать, им их место.
- Да, и не забыть всунуть для новичков какую-нибудь заумную фразу типа: отныне на пять лет этот колледж станет для вас домом. И преподавателям намекнуть, что в этом году, как, впрочем, и в прошлом, они должны вкалывать как проклятые, - шутливые слова никак не вязались с серьёзным тоном директора. - Да, впрочем, не мне тебя учить. Не сомневаюсь, что ты, если захочешь, то толкнёшь такую речь, что все со стульев попадают, держась за то место, где у нормального человека находится сердце.
Тик-так, тик-так - шли часики, время бежало. Исаак нетерпеливо выстукивал какую-то мелодию по поверхности бильярдного стола, затем закинул ногу на ногу и, покачивая кончиком носка, ленивым взором пробежался по всему помещению.
- Задавай вопросы, пока ещё есть время. Я ведь не всё сумею по телефону объяснить, – задумчиво протянул герр фон Кампфер. - И, да, вот ещё что. Я дам тебе номер своего мобильного. Но не для того, чтобы по ночам ты писал мне пошлые смс, – таки не сумел сдержать очередную улыбку. - Только никому об этом номер – ни-ни. Его знает только Ева. И прошу звонить мне на этот номер только в самом крайнем случае. Впрочем, надеюсь, крайних случаев у тебя не будет. Если только, конечно, ты не решишь приготовить шашлык в стенах колледжа.
И ключ от кабинета директора, пожалуй, Эдуарду давать не стоит. Пусть уж лучше тихо-мирно сидит в своём кабинете, только табличку на двери поменяет на «Заместитель директора». А собственный кабинет дождётся Исаака в целости и сохранности.

15

Что ни говори, а Эдуард был чрезвычайно строгих взглядов на нравственность. С самого детства он воспитывался в атмосфере дисциплины и порядка, поэтому мог совершенно заслуженно гордиться, что за количество прожитых лет не совершил ни одного ложного шага, поскольку величественный голос целеустремлённости Эдуарда всегда звучал твёрдо и решительно, заглушая верещания сомнений и карикатуры на неуверенность. Впрочем, никто не застрахован от ошибок, даже великий и божественный фон Лихтенштейн. Как и большинство современных людей, он охотно двигался навстречу тем, кто действительно симпатизировал ему и шёл симметрично дружелюбностью и добротой душевной. Но у каждой банкноты есть обратная сторона, а изнанка Эдуарда предупреждала о том, что он ни в коем разе не намеревается из кожи вон лезть и целовать чью-то задницу, чтобы завоевать благосклонное расположение какой-нибудь высокой шишки или важной птицы.
А если затрагивать проблему отношений руководителя дисциплиной с курсантами, то особенным взаимопониманием они не отличались. Говоря русским языком, потакать сопляческому безделию и поддерживать пособничество он не собирался, поскольку его прямой целью стояло стремление воспитать из немощных молокососов самостоятельных и ответственных мужчин, замечательных стратегов и тактиков. А если мальчишки и в этот год собираются ставить мужчине палки в колёса и пресекать на корню сие стремление, то ни о каких дружеских отношениях между ними и речи быть не может. А Эдуард всегда давал мальчишкам право выбора - быть командой или противостоять друг другу. Правда, возможное противостояние курсантам на руку ничуть не играло, а скорее выступало в качестве междоусобной войны.
- Кажется я начинаю серьёзно злоупотреблять директорским гостеприимством.. Самое время собирать вещички и уматывать по добру, по здорову.. - шутливо отозвался Эдуард на прозвучавшие реплики герра директора, с хитроумной улыбкой на обворожительном мужественном лице. Действительно, он слишком засиделся в гостях, напрочь позабыв о возложенных на него обязанностях. К тому же, следовало сосредоточиться на формировании приветственной речи на первое сентября. Импровизацией Эдуард владел с неповторимым, завидным совершенством, но всё-таки следовало уделить время собственной подготовке. А хорошая подготовка, как известно, ключ к успеху в любой деятельности.
- Благодарю за восхитительный ужин, который плавно перетёк в завтрак. Обязательно передай фрау Краусс, что угощения получились на славу. Кажется, я втюмашился в её стряпню, хе-хе. А сейчас, Исаак, мне пора отчаливать. Сомневаюсь, что таксист будет продолжительно дожидаться своего пассажира. А эти ублюдки на деле добираются со скоростью реактивного самолёта, если сразу обговорить маршрут и сумму. Так, достаточно! Опять развожу болтологию, мать её! В общем, желаю благополучно разобраться со всеми проблемами, делами и.. тому подобной поебенью.. Как следует отдохнуть, чёртов бездельник! Ни дай Бог узнаю, что ты намеренно решил сбросить возню с подготовкой на мои плечи.. Напомню тебе вкус отцовской порки. Разрисую задницу на манер японского кроссворда.. - с дипломатической строгостью промолвил герр фон Лихтенштейн и напоследок одарил Исаака вызывающей улыбкой с гаденькими смешками, будто затевает осуществить очередной рассадок гадостей, которые получались с завидным великолепием.
Следует сокращать число выкуриваемых сигарилл.. Хватит гробить своё здоровье всякой хренью, мистер фон Лихтенштейн. Вам следует почаще отвлекаться от вредных привычек, в том числе вечной занятости на работе, и на практике заниматься повышением квалификации в сексуальных ухищрениях.. Так недолго и в асексуалы заделаться..
Парой глубоких затяжек, с утопающим в едком сигаретном дыме лицом, Эдуард добил "раковую палочку" до самого фильтра со сладковатым привкусом, и с отточенным мастерством ввинтил кончиками пальцев окурок в днище стеклянной пепельницы. Процедура, которую он проделывал неоднократно.
- Ладно, мамочка.. - с вульгарной усмешкой в голосе промолвил мужчина, поднявшись с места и стремительной походкой приближаясь к директору, припарковавшему свою великолепную задницу на бильярдный стол, - Папочку ждут великие дела, поэтому немедленно целуй своего ненаглядного, пока у тебя имеется такая возможность. Потрахаться мы уже не успеем, милая.. – с наигранной опечаленностью в сонном голосе выдохнул Эдуард, останавливаясь прямо напротив гостеприимного директора. Его крепкая, сильная ладонь приземлилась поверх приятного на ощупь, зелёного сукна бильярдного поля, по соседству с верхним бедром Исаака. Очень вызывающее, провоцирующее поведение на встречную вульгарную развязность хозяина великолепного жилища. Ловкие пальцы свободной руки Эдуарда подцепили прядь роскошных, шелковистых волос Исаака, заботливо подтягивая к своему лицу, и с превосходным чутьём улавливая утончённый, изысканный аромат. Выглядело не иначе, как своеобразная форма недвусмысленного флирта.
- Постарайся впредь не провоцировать мою одержимость гормонами столь развязным поведением.. Иначе исход ситуации окажется весьма и весьма печальным..по крайней мере для одного из нас.. И я не запугиваю, а всего лишь предупреждаю на будущее. – вкрадчивым шёпотом, с лёгкой придышкой в голосе, сакраментально произнёс Эдуард на ухо Исааку, щекотливо воздействуя теплотой на ушную раковину.
Приставать к директору он не намеревался, поэтому сразу после этой подозрительной проделки искушающее улыбнулся и отошёл в сторону дивана, чтобы подхватить свой дипломат и благополучно поскорее удалиться, чтобы не задерживать как хозяина дома, так и себя самого.
Свежий вечерний ветерок трепал густые волосы руководителя, и это было невероятно приятным ощущением. А неподалёку от тротуара Эдуарда дожилось прибывшее такси, чтобы доставить мужчину на горячие источники, куда он, собственно, и собирается направиться.

----------> Горячие источники и бла-бла

16

Флешбек

Вежливая улыбка ни на секунду не сходила с холёного лица геррдиректора. Собачиться с Эдуардом по меньше мере глупо, тем более что разговор ведётся в шутливо-пренебрежительном тоне. Да и вообще, если честно, слушать разглагольствования Эдика - одно удовольствие. Говорит, говорит, говорит что-то...
Лицо Исаака приобрело умильное выражение. Ей-богу, как будто птичка райская поёт. Век бы так просидел на этом столе и слушал относительно ласковое щебетание герра воспитателя. В такие минуты сразу же на ум приходят мысли вроде: "И почему мы не стали добрыми знакомыми раньше?". О, да, пока только знакомыми, а что будет дальше - посмотрим. Не стоит загадывать наперёд. Хотя, сказать откровенно, Исаак не против был бы иметь (весьма двусмысленно) такого друга, как Эдуард. Интересный человек.
- Обещаю, привезу тебе из Берлина сувенир в виде комиссии, - абсолютно серьёзный тон и весьма внимательный взор: непонятно однако, шутит ли герр фон Кампфер или нет. - Во-первых, поверишь, что я не в борделях прохлаждался, а вкалывал как проклятый, во-вторых, тебе будет чем заняться. Под бдительным оком этих инспекторов-ублюдков.
Вообще-то не стоило так шутить. В отношении "нежно любимой" сферы образования Исаак был суеверен донельзя и старался не позволять себе гнусных шуточек. Свято верил в то, что накаркает. Приезды комиссии всегда были, мягко говоря, головной болью геррдиректора. Кучку малоприятных личностей, шныряющих по колледжу в поисках нарушений и отклонений от нормы, Исаак ненавидел также сильно, как и родного отца. И милая улыбочка на его лице в дни проверок более всего походила на оскал, а нарочито беззаботный тон не вызывал сомнений в том, что уважаемый геррдиректор желает проверяющим если не смерти, то тяжёлой болезни точно.
Ах, но всё это мелочи. Судьба-шутница иногда делает подобные подлянки, но лишь для того, чтобы ты сцепил зубы, сжал кулаки и стал сильнее. Да и жизнь твоя скучная становится несколько живее - разнообразнее.
Исаак зевнул, прикрыв рот ладонью. Ленивый скучающий взгляд впился в герра фон Лихтенштейна, и на мгновение в нём появились нотки интереса. Честно говоря, директор поражался способности Эдуарда вести себя вполне прилично и спокойно, а через секунду превращаться в развязного типчика, только и знающего, что осыпать насмешками окружающих, а на закуску подкалывать их пошловатыми недвусмысленными шуточками. Пожалуй, стоило задуматься - быть может, Эдуард попросту страдает раздвоением личности?
Отмахнувшись от надоедливых мыслей, Исаак сыто улыбнулся и трагически прошёптал:
- Милый мой, какой секс, о чём ты? Только не сегодня, у меня мигрень разыгралась, - лёгкий смешок: нет, Кампфер не собирался орать дурниной, возмущаясь, и ставить зарвавшегося наглеца на места. Во-первых, потому что попросту было лениво, ну, а во вторых... здесь же не колледж, где строго выполняется каждое правило и запрещено всё, что разрешено, а гостеприимные апартаменты директора, где разрешено всё, что не запрещено. Потому и можно делать какие-то поблажки. Тем более это всего лишь шутка.
- Мне кажется, пора отправить тебя ко врачу, - в том же тоне, однако гораздо более серьёзном ответил Исаак, не делая попыток вырваться или хотя бы дать Эдику по рукам. В конце концов, он же не пытался снять с любимого начальника скальп. - Ибо мне сложно изменить своё поведение. Характер диктует свои условия, знаешь ли.
Едва заметно улыбнувшись, когда Эдуард, наконец, покинул помещение, а после и дом, Исаак не без некоторого сожаления слез со стола и поднялся наверх. Требовалось переодеться и взять документы, пока горничная собирает чемодан.
Ровно через полчаса герр фон Кампфер ехал по дороге на аэропорт. Если повезёт, чёртово совещание не продлится слишком долго, и скоро можно будет вновь вернуться в родные стены колледжа.
Родные, да, - собственные мысли показались смешными.

Аэропорт, Берлин


Вы здесь » die Konfrontation » Жилой район » Дом Исаака Фернанда фон Кампфера